(no subject)

Набраться решимости написать письмо секретарю, что знаете, мы вот с вами делали три важных бумажки сегодня, вот те, для которых бланки из главного нужны были специальные. Так вот одна из них порвалась, когда я ее запихивала в рюкзак, а на двух других ошибка по моей невнимательности. Ну что я забегу завтра за новыми?

Днище такое уже третью неделю.

(no subject)

Напишу коротенький пост ради восстановления душевного спокойствия. Даша, enigmatic, недавно писала про себя и свои записные книжки. У меня с ними те же непостоянные отношения, их с каждым годом все больше, а записей все меньше, и никакой упорядоченности. Однажды я в приступе серьезности решила, что нужен один большой и толстый блокнот, в котором найдут приют все идеи, заметки и конспекты.Обязательное условие - носить его с собой, чтобы точно ничего не упустить. В голове рисовалась, как блокнот будет меня выручать раз за разом, ведь я ничего не запоминаю, а тут все нужные байки и цитаты останутся в одном месте. Приступом обязана Вахштайну, у которого, кажется, всегда с собой один и тот же блокнот и чья подготовка к докладам иногда сводилась к пролистыванию этого загадочного блокнота. И что же? Блокнот завела. Большой и толстый, но долго он со мной не продержался, а все потому что в сумки никак не умещался. Если его носить с собой, то другие важные вещи - книжечка, ноутбук, яблоки - никак не влезали. А стоило вытащить один раз, как вся затея теряла смысл.

(no subject)

Михаил сегодня нам сказал, что самая важная часть тела для исследователя - это даже не усидчивая жопа, а средний палец, который нужно как можно чаще показывать тем, кто от нас что-то хочет, когда мы заняты важным.

Я послушала и вернувшись домой села не за ввод данных, а за статью, над которой работаю все меньше, потому что других дел все больше.

На самом деле, нет, к статье я вернулась, пока в интерфейсе разработчик введет некоторые изменения, появилась некоторая пауза.

(no subject)

Поступив в Европейский университет в Санкт-Петербурге, в магистратуру, я все-таки решил остаться в Москве — в Шанинке (МВШСЭН). Шанинка ставит очень высокую теоретическую планку, которая затем служит ориентиром и маяком в работе. Шанинка, кроме того, позволила мне научиться смотреть на мир не в рамках заданности, а в рамках вариативности и убедиться, что взгляд на мир — это функция от схемы, через которую ты на него смотришь, и то ли схема руководит тобой, то ли ты — выбираешь схему.
При этом там довольно мало занимались социологией, которая мне казалась важной, нужной и правильной. Было много работы с классикой, были попытки вести бесконечные танцы вокруг современных теорий. Но попыток сопрячь эти теории с окружающей действительности — и не для того, чтобы что-то проиллюстрировать, а для того, чтобы показать, как на самом деле устроен мир — в какой-то его части — не предпринималось.
Одновременно там были коммерческие эмпирические проекты, в которые я довольно быстро вписался. Так зарабатывались деньги, и нормальной социологической работой там не пахло. Поля делались абы как, а больше всего удивляла свобода интерпретации полученных данных, которая, казалось, была абсолютной. Это было явно не то, на что стоило тратить время, и я ушел.

Женя Варшавер рассказывает.

(no subject)

Просидела несколько часов за обновлением CV и подумалось вот что мне. С младых лет в академической среде нам говорили, что надо работать на свое CV. Сейчас я вижу, что здесь нужно работать не только и не столько на CV, сколько на включенность в сеть. Если ты находишься в благополучной сети, то можешь годами даже не обновлять CV. Сеть позаботится о том, чтобы дать тебе работу, предложить проект, организовать конференцию и даже о том, чтобы ряд журналов ждали своей очереди, пока ты допишешь статью.
Все хорошо, если ты веришь, что сеть будет существовать годами и твое место в ней надежно.

(no subject)

Кажды год я пишу after пост про Кораблик. В этот раз он будет особенно короткий. Пять часов наедине с алкоголем - это слишком много для студентов Европейского. Три, как это было раньше, безопаснее. За этой фразой скрываются те детали, что лучше их не озвучивать.

Расскажу только молодым коллегам лайфхак, как это делаю я на свой восьмой кораблик - ужиную перед вечеринкой дома, чтобы не попасть в ситуацию, когда встреча на Кораблике будет в основном с алкоголем, а не с едой. Беру с собой фляжку, с которой радостно чокаюсь со всеми, пью крепкий алгоголь символическими глоточками вместо того, чтобы ужираться стканами вина, потому что вино легко и быстро за разговором и весельем в тебя вливается. Быстрее, чем организм к этому готов. За вечер мы с коллегами выпили полторы фляжки, на меня пришлось примерно 150 г. - мне было в нужной мере хорошо.

Вот.

(no subject)

Он знал, что нельзя было запретить Вронскому баловать живописью; он знал, что он и все дилетанты имели полное право писать, что им угодно, но ему было неприятно. Нельзя запретить человеку сделать себе большую куклу из воска и целовать ее. Но если б этот человек с куклой пришел и сел пред влюбленным и принялся бы ласкать свою куклу, как влюбленный ласкает ту, которую он любит, то влюбленному было бы неприятно. Такое же неприятное чувство испытывал Михайлов при виде живописи Вронского; ему было и смешно, и досадно, и жалко, и оскорбительно.

почти социология жизни у Толстого

У него была способность понимать искусство и верно, со вкусом подражать искусству, и он подумал, что у него есть то самое, что нужно для художника, и, несколько времени поколебавшись, какой он выберет род живописи: религиозный, исторический жанр или реалистический, он принялся писать. Он понимал все роды и мог вдохновляться и тем и другим; но он не мог себе представить того, чтобы можно было вовсе не знать, какие есть роды живописи, и вдохновляться непосредственно тем, что есть в душе, не заботясь, будет ли то, что он напишет, принадлежать к какому-нибудь известному роду. Так как он не знал этого и вдохновлялся не непосредственно жизнью, а посредственно, жизнью, уже воплощенною искусством, то он вдохновлялся очень быстро и легко и так же быстро и легко достигал того, что то, что он писал, было очень похоже на тот род, которому он хотел подражать.

(no subject)

На днях исполнилось 30. Пора жить по-взрослому, подумала я. И как же прошел мой первый день взрослой жизни? Четыре пустых бутылки вина и восторг от фильма "Movie 43". Обязательно смотреть и наслаждаться всем нормальным людям. Это как South Park, только круче.



В подарок я получила гирю в 8 кг. и прекрасный галстук. Папа спросил, не намек ли это, а это ведь Нева буквально за окном в 10 миутах ходьбы.

(no subject)

Декан факультета хорошего университета, где лежит моя трудовая книжка, пересылает сотрудникам письмо от той самой Международной редакции, которая обещает небо в алмазах все сделать за вас и опубликовать в зарубежных базах.